С караваном шел маленький мальчик без отца и матери, у которого был только маленький черный котенок. Чума не была добра к мальчику и оставила ему, чтобы смягчить горе, только это маленькое создание, но когда ты так мал, то можешь найти огромное утешение в живых шалостях черного котенка. Так что мальчик, которого смуглые люди звали Менес, играя с изящным котенком на подножке раскрашенного фургона, смеялся намного чаще, чем плакал.
На третье утро как странники остановились в Ултаре Менес не смог найти котенка, и так как он рыдал громко на рынке, то горожане рассказали ему о старике и его жене, и звуках, что раздавались этой ночью. И когда он услышал это, всхлипы уступили медитации, а затем и молитве. Менес протянул руки к солнцу и стал молиться на языке, который не один из горожан не смог понять, хотя, по правде, горожане и не особо стараясь понять - их внимание было приковано к небу и странным очертаниям, что принимали облака. Крайне необычно, но лишь маленький мальчик произнес свою молитву, облака, казалось, приняли наверху очертания призрачной, неясной фигуре экзотического создания, гибридного существа, увенчанного диском примыкающим к рогам. У природы полно подобных иллюзий, чтобы поражать наше воображение.
Ночью странники покинули Ултар, и их более не видели. И домовладельцы были озадачены, когда заметили, что во всем городе не могут найти ни одного кота. От очагов исчезли привычные коты, коты большие и малые, черные, серые, полосатые, желтые и белые. Старый Кранон, бургомистр, клялся, что смуглый народ забрал котов, мстя за убийство котенка Менеса, и проклинал караван и маленького мальчика.